НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ «НАУЧНЫЕ ТРУДЫ В.В. КАВЕЛЬМАХЕРА»

 

 

В.В. Кавельмахер, С.П. Орловский

ДВА АРХИТЕКТУРНЫХ ФРАГМЕНТА ИЗ УСПЕНСКОГО СОБОРА

В КОЛОМЕНСКОМ КРЕМЛЕ

(к вопросу о начале каменного строительства в Коломне)

 

 

Источник: Кавельмахер В.В., Орловский С.П. Два архитектурных фрагмента из Успенского собора в Коломенском кремле (к вопросу о начале каменного строительства в Коломне). В кн.: Материалы творческого отчета треста «Мособлстройреставрация». М., 1984. С. 80-87. Все права сохранены.

Сканирование, форматирование и размещение электронной версии материала в открытом доступе произведено С.В.Заграевским в 2007 г. Все права сохранены.

 

 

В 1978 г. при земляных работах на территории Коломенского кремля, возле северо-западного угла Успенского собора 1672–1682 гг., на глубине около двух метров были обнаружены выходя­щие за границы существующего здания фундаменты древней построй­ки, перекрытые отложениями строительного мусора и другими напластованиями культурного слоя. Здесь же, при осмотре котлова­на, были найдены два фрагмента архитектурного декора неизвест­ного белокаменного храма со следами вторичного использования. Один фрагмент был извлечен ковшом экскаватора из толщи строи­тельного мусора, другой обнаружен в открывшейся кладке собор­ных фундаментов. Проведенные в 1982–1983 гг. близ северо-запад­ного угла Успенского собора археологические исследования пока­зали, что выявленные фундаменты принадлежат довольно поздней пристройке к древнему Успенскому собору, разобранной одновременно с ним в 1672 г. (см. статью В.В.Кавельмахера и А.А.Молчанова в данном сборнике). Что касается найденных архитектурных фрагментов, то оба блока, по-видимому, дважды употреблялись в строительстве сходным образом: первый раз – по своему прямому назначению – в качестве архитектурных деталей, второй раз – в качестве рядового строительного материала, в забутовке (блок, обнаруженный в кладке фундамента собора конца ХVII в., оказался, как нам кажется, использованным уже в третий раз). Поскольку фрагменты попали (один – в кладку, а другой – в за­вали мусора) непосредственно из забутовки, нетрудно догадаться, в забутовке какого именно здания они до того находились. Этим зданием мог быть только разобранный в 1672 г. Успенский собор.

Атрибуция найденных фрагментов сопряжена с дилеммой: или древний Успенский собор, возводившийся, судя по летописным данным, в конце 70-х–80-х гг. ХIV в., был выстроен с включением материала разборки неизвестного нам здания-предшественника (в таком случае наши представления о начальном периоде каменного строительства в Коломне должны быть пересмотрены) или он сам в какой-то период своего существования разбирался и перестраивался (подобная точка зрения имеет сво­их сторонников), в результате чего фрагменты наиболее раннего здания побывали в кладке «промежуточного» здания. Однако, в этом последнем случае оба архитектурных фрагмента должны быть безоговорочно отнесены к собору Дмитрия Донского, а это, как мы увидим, связано с пересмотром существующих представлений уже об архитектуре раннемосковского периода в целом.

В декоре памятников раннемосковской архитектуры подобные формы нам приходится встречать впервые. Фрагмент, извлеченный из земли экскаватором, представляет собой крепованный орнаментированный блок наружной стенной облицовки. Его поверхность украшает грубо высеченный рельефный стебель «византийского полукрина». Конфигурация блока позволяет высказать предположение, что перед нами элемент многообломной пучковой лопатки, и что лента полукрина шла вертикально, окаймляя фасадное прясло. Подобный мотив восходит к весьма древним образцам («византийским полукрином», как бордюром – в мозаичном или живописном исполнении – покрыты закрестья церковных столбов ряда домонгольских памятников, начиная с Софии Киевской, а рельефным «византийским полукрином» украшены многообломные лопатки Георгиевского собора в Юрьеве-Польском).

Не менее архаична и реконструируемая по данному фрагмен­ту строительная техника. Судя по грубо обработанным граням камня, неровным краям и «мятым» поверхностям, кладка выполнялась без притески и подгонки блоков, на густом растворе и ши­роких швах. На одной их боковых граней блок имеет вертикаль­ную врубку – предположительно след крепления тонкой облицовоч­ной плиты. Облицовка белокаменных стен тонкими плитами известна по памятникам домонгольской архитектуры, где эти плиты несут на себе рельефы.

Столь же интересен и второй фрагмент, расчищенный нами в кладке фундаментов существующего собора. Он представляет собой угловой блок храмового цоколя, вырубленный на глаз, без шабло­на и правила. Профиль блока уникален. Рисунок его основного элемента – скоции напоминает готический «сапожок». Над острым, похожим на лезвие, валиком возвышается равная ему по выносу мощная полка – своеобразное навершие, напоминающее отворот ботфорта. Во всей древнерусской архитектуре, насколько нам из­вестно, только два относительно поздних памятника имеют цоколи похожего профиля: Духовская церковь 1476 г. в Троице-Сергиевом монастыре (г. Загорск) и скопированная с нее в 1547 г. Введенская церковь на Подоле (там же). Сравнение найденного фрагмен­та с цоколем Духовской церкви помогает объяснить появление по­добного «навершия»: на цоколе в нем вырезана зубчатая опушка из пальметт, которой этот храм оторочен снизу. На блоке из Успенского собора аналогичный или близкий ему элемент, по-видимому, остался неразработанным.

Как ни скромны наши знания о раннемосковской архитектуре, сегодня ни один исследователь не решится с уверенностью отнести найденные архитектурные фрагменты к эпохе Дмитрия Донского, с которой принято начинать историю Успенского собора в Коломне. Оба фрагмента, скорее всего, должны были принадлежать зданию, построенному несколькими десятилетиями (если не столетием), раньше и, вероятно, мастерами не московской, а иной школы.

Существующий Успенский собор 1672–1682 гг. построен по образцу Спасо-Преображенского собора в Нижнем Новгороде масте­ром Мелентием Алексеевым «с товарищи» на месте древнего Успен­ского собора. (ЦГАДА, ф. 236, оп. I, кн. I, л. 106-106 об.) До недавнего времени считалось, что новый собор сменил белока­менное здание эпохи Дмитрия Донского «Успение Пречистые Бого­родицы Донская», сведения о котором содержатся в Писцовой кни­ге города Коломны 1578 г. и восторженное описание которого ос­тавил Павел Алеппский. Первый исследователь памятника Н.Н.Воро­нин в процессе археологических разведок выявил внутри стен су­ществующего собора фундаменты здания-предшественника и отнес их к ХIV в. В 1960-х гг. Б.Л.Альтшуллер стал развивать гипоте­зу (ранее в очень осторожной форме выдвинутую Ворониным), что белокаменный собор Дмитрия Донского не дожил до описи 1578 г., тем более до посещения Коломны в 1654 г. Павлом Алеппским. По его мнению, в начале ХVI в. древнее здание было капитально пе­рестроено, а существующий собор – не второе, а третье каменное здание на этом месте. На эту мысль Альтшуллера (а до него – Воронина) навело изучение нижних частей стен собора конца ХVII в., сложенных из материала разборки какого-то белокамен­ного здания – предположительно Успенского собора. Квадры этих стен размерами и фактурой напоминают облицовочные блоки извест­ных зданий конца ХV–начала ХVI вв.

В 1969–1970 гг. Подмосковной историко-архитектурной экспедицией под руководством М.Х.Алешковского и Б.Л.Альтшуллера на территории Успенского собора (главным образом внутри зда­ния) были предприняты обширные раскопки. В процессе раскопок были вскрыты фундаменты белокаменного крестовокупольного хра­ма – предшественника нынешнего Успенского собора с небольшим фрагментом стенной кладки на северо-востоке. Открытые фунда­менты, чрезвычайно архаичные по своей структуре, оказались разнотипными в конструктивном отношении, что дало повод подозревать их в разновременности. В одной из фундаментных кладок была найдена во вторичном использовании белокаменная оконная перемычка от здания ХIV в. Блоки вторичного использования были встречены и в других местах. Относительно датировок выявленных кладок мнения руководителей раскопок разошлись. Алешковский отнес все выявленные кладки к ХIV в. и категорически отверг идею промежуточной капитальной перестройки здания (он сделал это на том основании, что все фундаментные кладки, вне зависимости от отмеченной их разнотипности, лежат в однородной глиня­ной засыпке с керамикой ХIV в.). Альтшуллер, пытавшийся внача­ле хронологически дифференцировать фундаментные кладки принял, в конце концов, их единую стратиграфическую датировку, посчи­тав, что здание собора конца ХIV в. перестраивалось в начале ХVI в. на прежнем основании. В свете данных археологической стратиграфии точка зрения Алешковского представляется убеди­тельной, ибо выявленные внутри Успенского собора фундаменты явно погребены под слоем разборки одного, а не двух белокаменных зданий.

Однако выраженное Альтшуллером сомнение в принадлежности белокаменных квадров из нижних частей стен Успенского собора, собору ХIV в. вполне правомерно. Наши наблюдения над фундаментами существующего здания на расчищенных в 1978, 1982 и 1983 гг. участках привели нас к сходным выводам, однако в целом картина оказалась более сложной. Поскольку в кладку конца ХVII в. шел неочищенный камень, почти каждый из уложенных на глине квадров сохранил напластования своего древнего раствора. Сличение растворов показало, что в фундаментах ис­пользован материал не одного, а нескольких строительств, что неудивительно, поскольку за три столетия своего существования собор не раз обстраивался и ремонтировался. Среди группируемых по растворам и другим признакам блоков мы в состоянии выделить, блоки, относящиеся к конкретному зданию, выстроенному в «смешанной» технике – из белого камня и кирпича на густом растворе и широких швах. Поскольку, согласно отчетам Алешковского, в слоях разборки древнего Успенского собора не было встречено обломков кирпича, плинфы или терракоты, следует отнести данную группу блоков не к древнему Успенскому собору, как это делает Альтшуллер, а к другому, тогда же разобранному зданию. Этим зданием могла быть, например, выстроенная Василием III и находив­шаяся возле Успенского собора церковь Николы Зарайского «под колоколы», дата разборки которой не установлена.

Решая вопрос датировки раскрытых ими фундаментных кладок, исследователи исходили из предположения, что первым каменным зданием Коломны-города быта Успенская церковь Дмитрия Донского. Вновь найденные архитектурные фрагменты (как и ранее встреченная в раскопе 1969 г. оконная перемычка) достаточно надежно свиде­тельствует, что каменное строительство в Коломне велось уже ранее княжения Дмитрия Донского (конусовидный сводик вышеупо­мянутой оконной перемычки несет на себе следы многоразовых побелок и разного рода повреждений, приобретенных в процессе длительного пребывания на фасаде здания). И это свидетельство – не единственное. В бывшей загородной резиденции коломенских епископов селе Городищах и сегодня стоит древнейшая в Подмосковье каменная церковь Иоанна Предтечи, сложенная из рваного белого камня и полубута. Дата постройки городищенской церкви не известна, но есть основания отнести ее постройку к первым годам существования Коломенской епархии, т. е. к середине ХIV в. Правда, единственным свидетельством раннего строи­тельства в городе до самого последнего времени считалась не сама церковь, а вставленный в стену при ее возведении белока­менный рельеф с единорогом, который было принято считать пере­несенным сюда с какого-то исчезнувшего здания. Атрибутировав­ший рельеф Воронин предположил, что этим зданием был «неизвест­ный по имени епископский храм» – первая каменная церковь Колом­ны. Но поскольку современные исследователи пришли к мнению о сооружении городищенской церкви именно в ХIV в., необходимость рассматривать рельеф с единорогом как инородное включение в этой постройке теперь отпадает. Тот же Воронин высказал мне­ние, что данный рельеф был в кладке церкви Иоанна Предтечи не единственным и церковь вполне могла быть выстроена с применением резного камня. Найденные в Успенском соборе архитектурные фрагменты находят, как нам кажется, ближайшие параллели в городищенской постройке. Следовательно, в Коломне не позднее середины ХIV в. уже функционировала своя строительная школа, одним из памятников деятельности которой была церковь на Городищах, другим – неизвестный по названию соборный епископский храм.

Гипотеза Воронина о первом каменном храме Коломны, выгля­дит убедительно даже без привлечения данных археологии (сведения о Коломенской епархии восходят к 1354 г., но само ее уч­реждение может быть отнесено к еще более раннему времени; с момента создания епархии постройка каменной кафедральной церкви по необходимости должна была сделаться первоочередной задачей коломенских владык).

О существовании в древней Коломне соборной церкви – пред­шественницы Успенского сбора косвенно говорит факт венчания здесь в 1366 г. Дмитрия Московского и Евдокии Суздальской. По свидетельству летописей, князья венчались непременно в соборных церквах.

О местоположении первой соборной церкви города сейчас можно только гадать. Теоретически, она вполне могла находиться на месте Успенского собора, однако, данные археологи не дают сегодня ясного ответа на этот вопрос (хотя неоднородность древ­них фундаментов Успенского собора была в процессе раскопок 1969–1970 гг. как будто доказана). У нас не может быть также стопроцентной уверенности, что коломенский епископ сам строил свою соборную церковь, а не нашел ее готовой от тех времен, когда первослужителями коломенского собора были соборные прото­попы. Если бы это оказалось так, оба архитектурных фрагмента могли бы быть отнесены не к середине ХIV в., а к еще более ран­нему времени. Однако ответы на все эти вопросы могут дать толь­ко археологические раскопки.

 

 

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ «НАУЧНЫЕ ТРУДЫ В.В. КАВЕЛЬМАХЕРА»

 

Все материалы, размещенные на сайте, охраняются авторским правом.

Любое воспроизведение без ссылки на автора, источник и сайт запрещено.