НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ «ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКИЕ ЭССЕ»

 

В.В. Кавельмахер

О трагедии «Моцарт и Сальери»

 

Источник: Кавельмахер В.В. О трагедии «Моцарт и Сальери». Начало 2000-х гг. Скомпоновано С.В. Заграевским в 2009 г. из черновых рукописей автора. Опубликовано в кн.: В.В. Кавельмахер. Размышления о русских поэтах (сборник литературоведческих эссе). М., 2009. С. 44-47. Все права сохранены.

Сканирование, форматирование, техническое и литературное редактирование: С.В. Заграевский, 2009 г. Все права сохранены.

 

   

«Моцарт и Сальери» – одна из пяти так называемых «Маленьких трагедий» Пушкина, написанных в 1830 году. Сам Пушкин называл свои трагедии «Драматическими сценами».

Как это часто бывало у Пушкина, эти сцены имели характер пробы сил, опытов в духе Шекспира, которым в эти годы (да и не только в эти) увлекалась и восхищалась вся литературная Европа. Однако зависимость от великого английского драматурга в «Моцарте и Сальери» меньше, чем, например, в «Борисе Годунове» или «Каменном госте». Это – типичная романтическая трагедия.

Трагедия построена на упорных (стопроцентно вздорных, заведомо романтических) слухах, что умерший в 1791 году Моцарт был отравлен знакомым музыкантом и композитором Антонио Сальери, который умер в 1825 году и якобы в исповеди перед смертью признался в отравлении Моцарта. Об этом появилась статья в лейпцигской «Всеобщей музыкальной газете».

Несмотря на то, что пьесы Пушкина идут в России вот уже 170 лет (со времен его драматических дебютов), Пушкин-драматург в высшем смысле – не существует. Русские режиссеры прекрасно знают, что его нельзя ставить, но на этот счет существует «заговор молчания» – и его ставят, и будут ставить. Так же точно нельзя экранизировать Льва Толстого, потому что у него все видится лучше, чем в кино, – однако экранизируют и будут экранизировать, приспосабливая кино к прозе, хотя кино и проза – антагонисты.

Достоинства драматургии Пушкина – чисто литературные. Все актеры в один голос говорят, что в Пушкине «нечего играть». Это изумительная, – как все у него, – поэзия. Это жанр, напоминающий стихотворения в прозе. Пушкин писал лирические думы, и их нужно не играть, а читать. Это гармоничная речь, это стихи, которые надо не скандировать, а говорить. Еще один выдающийся образец лирической драматургии Пушкина – «Сцена из Фауста».

В «Моцарте и Сальери» всего две сцены: в первой основное место занимает монолог Сальери, человека, бесконечно влюбленного в Музыку, рыцаря Музыки, боготворящего Музыку, живущего с сознанием скромности собственного дарования и понимающего гений Моцарта. Однако он подавлен несправедливостью случившегося. Можно сказать, что он не согласен с Богом, – как минимум, с ходом вещей. Это – типичная романтическая коллизия. Он восстает, как восстают романтические герои всех времен, и идет на преступление. Вторая сцена – отравление, когда Сальери раздавлен великодушием Моцарта и понимает, что он «недостоин».

Едва ли в теме «недостойного гения» Пушкин был оригинален: это расхожий сюжет литературного романтизма. Однако пьеса оригинальна. Может быть, Сальери любит не искусство, а себя в искусстве?

В столь банальной, казалось бы, пьесе чувствуется присутствие личного: Пушкин знал о своей исключительности и, по воспоминаниям современников, был похож на своего героя – Моцарта. Оставаясь воспитанным светским человеком, он жил с сознанием своего избранничества, и с ним же был убит. Такой была трагедия его гения.

Гораздо позднее еще два русских гения безумно сожгли свои жизни на глазах у нации: поэт Сергей Есенин (в 1925 году) и шансонье Владимир Высоцкий (в 1980 году). Они тоже были «Моцартами». И хотя это были слабые и пьяные люди, – они знали, что их устами гласит Бог. Они были как бы камикадзе, – а мы все были зрителями этого ужаса, в какой-то степени даже были «Сальери».

Название пушкинской трагедии в черновиках – «Зависть». От зависти нет лекарства. И пушкинский Сальери в конце концов изменил искусству, несмотря на броню софизмов о Моцарте – «безумец», «наследника нам не оставит он», «недостоин сам себя», и даже – «гуляка праздный»! Но гений Моцарта и «Моцартов» – это не праздность, а кажущаяся легкость в работе, достигаемая благодаря безукоризненному владению материалом.

Начало 2000-х гг. 

 

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ «ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКИЕ ЭССЕ»

 

Все материалы, размещенные на сайте, охраняются авторским правом.

Любое воспроизведение без ссылки на автора, источник и сайт запрещено.